Жан Кальвин. Введение к комментариям к книге Бытие.

29
Июнь
2009

Поскольку бесконечная мудрость Бога проявляется в восхитительном устроении небес и земли, абсолютно невозможно раскрыть историю сотворения мира в рамках, равновеликих Его достоинству. А потому как мера наших возможностей слишком мала для понимания вещей такого величия, наш язык также не способен дать им полное и достаточное описание. Как достоин награды тот, кто скромно и с почтением приступает к рассмотрению Божьих творений, хотя он обретает меньше, чем можно пожелать, так, если в этом виде занятий я стараюсь помочь другим, соответственно данным мне возможностям, я верю, что мое служение будет одобрено благочестивыми людьми не менее, чем принято Богом.

Я решил сделать именно такое вступление не только ради того, чтобы извиниться, но и чтобы предостеречь моих читателей, что, если они искренне желают извлечь пользу из размышлений о делах Божьих вместе со мной, им следует вооружиться трезвым, восприимчивым, кротким и смиренным духом. В действительности мы видим мир своими глазами, мы ступаем по земле своими ногами, прикасаемся к бесчисленным видам Божьих творений, мы вдыхаем сладкий и приятный аромат трав и цветов, мы наслаждаемся безграничными благами; но в этих самых вещах, из которых мы обретаем некоторые знания, пребывает такая необъятность божественной силы, благости и мудрости, которая поглощает все наши чувства. Посему пусть люди будут довольны, если обретут лишь умеренный вкус, соответствующий их возможностям. И настолько хорошо для нас устремляться к этой цели всю нашу жизнь, что (даже в глубокой старости) мы не пожалеем об этом пути, даже если и продвинемся совсем недалеко.

Моисей решил начать свою книгу с описания сотворения мира для того, чтобы представить Бога видимым через Его творение. Но тут поднимаются дерзкие люди и насмешливо вопрошают: каким же образом это было явлено Моисею? Посему они предполагают, что он рассказывает сказку о том, что неизвестно, потому что не был ни свидетелем событий, записанных им, ни узнал о них истину, где-то прочитав. Таковы их рассуждения; но их нечестие выявить легко. Потому что, если они могут подорвать доверие к этой истории потому, что она прослеживается назад через длинную череду прошедших лет, пусть они также докажут несостоятельность тех пророчеств, которым та же история предсказывает эпизоды, произошедшие лишь много столетий спустя. Уверяю, что ясным и очевидным является свидетельство Моисея о призвании язычников, исполнилось же это почти через две тысячи лет после его смерти. Разве он не был тем, кто посредством Духа предвидел события отдаленного будущего, сокрытые от понимания человеческого в то время, и кто был способен понять, был ли мир сотворен Богом, особенно принимая во внимание, что он был обучаем Божественным Учителем? Потому как он приводит здесь не свои собственные предсказания, но является инструментом Святого Духа для обнародования таких вещей, которые важно было знать всем людям. Противники сего глубоко заблуждаются, считая абсурдным то, что порядок сотворения, который до этого был неизвестен, излагается и объясняется им в таких подробностях. Ибо он не измышляет то, о чем раньше не слышал, но впервые записывает факты, которые в течение многих лет передавались от отцов детям из уст в уста. Можем ли мы представить, что человек был поселен на земле для того, чтобы забыть о своем собственном происхождении и происхождении того, чем он наслаждался? Ни один здравомыслящий человек не усомнится в том, что Адам был хорошо инструктирован относительно всего этого. Тогда, возможно, на самом деле он был глуп? Может быть, святые патриархи были настолько неблагодарными, что замалчивали столь необходимые наставления? Разве Ной, ставший свидетелем столь запоминающегося Божественного суда, ставшего для него предупреждением) не рассказал о том своим потомкам? Моисей отдает дань почтения Аврааму своей хвалебной речью, подчеркивая, что тот был учителем и главой семьи (Быт. 18:19). А мы знаем, что задолго до Моисея всему народу было известно о завете, который Бог заключил с их отцами. Когда он говорит, что израильтяне произошли от святого народа, который избрал Себе Бог, он не предлагает это для обсуждения как нечто новое, но лишь напоминает то, чего все придерживались, что сами старики получили от своих предков и что, кратко говоря, для них являлось совершенно бесспорным фактом. Посему мы не должны сомневаться в том, что порядок сотворения мира, как он здесь описан, был уже известен людям благодаря древней традиции отцов, непрерывно передающейся от поколения к поколению. А так как правда Божья могла быть с легкостью настолько искажена людьми, что с течением времени сама по себе выродилась бы, Богу было угодно, чтобы историю записали, дабы сохранить ее чистоту. Посему Моисей упрочил достоверность учения, которое увековечил в этих письменах и которое могло бы быть утрачено по небрежности людей.

А теперь я возвращаюсь к замыслу Моисея или, скорее, Святого Духа, Который говорил его устами. Мы знаем Бога, который Сам невидим, лишь по Его делам. Поэтому апостол аккуратно и красиво подбирает слова: «та ме эк файноменон блепомена» («провозглашение невидимого» (Евреям 11:3). Господь помещает перед нашими глазами материю небес и земли для того, чтобы призвать нас к познанию Себя, представляя Себя и в определенной степени проявляя Себя в них. Ибо Его вечная сила и Божество (как говорит Павел) представлены и видимы там (Рим. 1:20.) И совершенно истинно утверждение Давида о том, что небеса, хотя и не имея голоса, все же являются красноречивыми глашатаями славы Божьей, и что этот прекрасный порядок в природе молчаливо провозглашает Его восхитительную мудрость (Псалом 19:1). Следует уделить этому большее внимание, так как лишь некоторые следуют верному методу познания Бога, в то время как большая часть изучает творение без какого-либо уважения к Самому Творцу. Ибо люди обыкновенно впадают в две крайности: некоторые, забывшие о Боге, применяют всю силу своего разума для созерцания природы, а другие, рассматривая дела Божьи, стремятся с безрассудным и абсурдным любопытством исследовать Его Сущность. И те, и другие тщетно стараются. Быть настолько поглощенным исследованием тайн природы, чтобы никогда не обратить свой взор на Автора, – наиболее извращенное занятие; и наслаждаться всем в природе, не отдавая должного Автору, – это низкая неблагодарность. Посему те, кто считают себя философами без религии, и те, кто из собственных соображений, действуют так, чтобы удалить от себя Бога и всякий смысл из благочестия далеко , однажды почувствуют на себе всю силу сказанного Павлом и переданного Лукой – что Бог никогда не переставал свидетельствовать о Себе (Деян. 14:17).

Ибо им не будет дозволено избежать наказания из-за того, что они были глухи и бесчувственны к таким прославленным свидетельствам. И в действительности это судьба преступного невежества – никогда не видеть Бога, Который повсюду оставил следы Своего присутствия. Но если сейчас насмешники своими придирками избегают наказания, в дальнейшем их ужасное разрушение будет нести свидетельство того, что они не ведали о Боге лишь потому, что были охотно и умышленно ослеплены. А что касается тех, кто гордо парит над миром, желая найти Бога в Его раскрытой сущности, то, в конце концов, им невозможно будет не запутаться в сотне противоречивых вымыслов. Потому что Бог, иначе невидимый, как мы уже говорили, как бы покрывает Себя образом созданного Им мира, в котором Он представляет Себя нашему рассмотрению. Те, кто не соизволят узреть Его, так величественно одетого в несравнимое облачение небес и земли, в последствии понесут справедливое наказание за свое наглое высокомерие в их собственном безрассудстве. Поэтому как только имя Божье зазвучит в наших ушах или мысль о Нем появится в наших умах, давайте также облачать Его этим самым прекрасным узором; наконец, если мы желаем верно познать Бога, пусть сотворенный Им мир станет нашей школой. Этим также опровергаются нечестивые слова тех, кто придирался к Моисею, говоря, что согласно его повествованию прошло столь немного времени с момента сотворения мира. Ибо они вопрошают: «Почему же Богу так внезапно захотелось сотворить мир, и почему Он так долго оставался пассивным на небесах?», но таким образом пытаясь состязаться со священными вещами, они упражняются в мастерстве саморазрушения. В «Истории из трех частей» записан ответ одного благочестивого человека, и слова его мне всегда очень нравились. Когда какая-то нечистая собака в такой манере насмехалась над Богом, он остроумно возразил, что Бог никоим образом не был пассивным в это время, потому что Он готовил ад для придирчивых. Но чем можно обуздать высокомерие тех, для кого умеренность и рассудительность явно презренны и ненавистны? И, безусловно, те, кто теперь так свободно торжествуют, критикуя Бога за бездействие, обнаружат, к своему собственному ужасу, что сила Его действия была безмерной, ибо Он готовил для них ад. Что касается нас, то нам не должно показаться таким абсурдным то, что Бог, являющийся самодостаточным, по воле Своей создал мир, в котором Он Сам не нуждался. Более того, поскольку Его воля является мерилом любой мудрости, нам следует довольствоваться одним уже этим. И Августин верно утверждает, что манихеями совершается несправедливость по отношению к Богу, потому что они ищут причины, превосходящей Его волю; и он предусмотрительно предупреждает своих читателей не злоупотреблять тем, чтобы задаваться излишними вопросами о времени, как и о пространстве. Мы не в неведении о том, что круг небес ограничен, и что земля, как маленький шар, расположена в центре. Те, кто задается вопросом о том, почему мир не был создан раньше, могли бы также осуждать Бога за то, что Он не сотворил бесчисленные миры. Более того, так как они считают абсурдным, что должно было пройти много столетий без существования какого-либо мира, они могли также признать доказательством своего порочного естества, то, что по сравнению с безграничной пустотой, окружающей небо и землю, последние совсем не велики. Но так как и предвечность Божьего существования, и безграничность Его славы создают двойной лабиринт, давайте смиренно решим не упорствовать в своих вопросах о Господе и не пытаться вникнуть далее, чем велит нам Его наставление и руководство.

Итак, описывая мир как зеркало, в котором нам следует рассматривать отражение Бога, я не утверждаю ни то, что наши глаза достаточно ясно видят, чтобы различить, что представляют собой материи небес и земли, ни то, что знание, полученное таким образом, является достаточным для спасения. И поскольку Бог призывает нас к познанию Его посредством творения, это лишает нас всякого оправдания, а потому Он (как и следовало ожидать) дал дополнительное пособие для нашего разума. Ибо, согласно Писанию, как наш Проводник и Учитель Он не только делает простыми для нашего понимания те вещи, которые иначе бы ускользнули от нашего внимания, но почти заставляет нас рассмотреть их; Он будто помогает нашему слабому зрению, давая нам особые очки. Именно об этом (как мы уже увидели ранее) и говорит Моисей. Потому что если бы было достаточно безмолвного наставления небес и земли, учение Моисеево было бы излишним. Поэтому к нам и приступает этот вестник, привлекающий наше внимание, дабы мы могли осознать, что приведены в мир для того, чтобы лицезреть славу Божью. И не для того, чтобы наблюдать ее как простые свидетели, но чтобы насладиться всеми богатствами, явленными здесь,которые Господь уготовил и предназначил для нашего пользования. И Моисей не только утверждает, что Бог является Архитектором мира, но и то, что через всю цепь истории Он демонстрирует, насколько восхитительны Его власть, Его мудрость, Его благость и в особенности Его нежная забота о человеческом роде. Кроме того, поскольку вечное Слово Божье является живым и выразительным образом Его Самого, Он призывает нас помнить об этом. Таким образом подтверждается утверждение апостола Павла, что лишь только верою можно познать, что веки были сотворены по слову Божьему (Евр. 11:3). Ибо вера, собственно, проистекает из того, что мы, будучи научаемы служением Моисея, не блуждаем в неразумных и праздных размышлениях, но рассматриваем истинного и единственного Бога в Его подлинном образе. Хотя можно возразить, что это, как кажется, расходится с тем, что утверждает Павел: «Ибо когда мир своею мудростью не познал Бога в премудрости Божией, то благоугодно было Богу юродством проповеди спасти верующих» (1-е Кор. 1:21).

И таким образом апостол дает нам понять, что тщетно искать Бога в видимых вещах, и нам не остается ничего, кроме как вновь немедленно отдаться Христу, и что мы не должны начинать познание Бога с творений этого мира, но с Евангелия, которое указывает нам на одного лишь Христа с Его крестом и приковывает к Нему наше внимание. На возражение это я отвечаю, что бесполезно рассуждать, подобно философам, о тонком устройстве мира любому человеку, кроме того, кто прежде был смирен проповедью Евангелия и научился подчинять всю свою мудрость (как выразился Павел) юродству креста (1-е Кор. 1:21). Я хочу сказать, что мы не найдем ничего ни вверху, ни внизу, что могло бы нас приблизить к Богу, пока Христос не наставит нас в Своем учении. И все же, это не может произойти, пока мы, выйдя из нижайших глубин, не родимся свыше всех небес, в колеснице Его креста, чтобы там по вере мы могли постигнуть то, что никогда не видел глаз и не слышало ухо, и что далеко превосходит понимание нашего сердца и ума.
Потому что там для нас приготовлена не земля с ее запасом плодов для нашего ежедневного питания, но Сам Христос, Который предлагает нам Себя к вечной жизни. И не небо сиянием солнца и звезд освещает наши плотские глаза, но тот же Христос, Свет миру и Солнце Праведности, посылает свет Свой в наши души; и не воздух заполняет собою пустое пространство, чтобы мы дышали, но сам Дух Божий оживляет нас и заставляет нас жить. Кратко говоря, там невидимое царство Христа наполняет все, и Его духовная благодать рассеяна повсюду. И тем не менее это не мешает нам использовать наши чувства при рассмотрении небес и земли, чтобы мы могли искать утверждения в истинном знании Бога. Потому что Христос – это тот образ, в котором Бог представляется нам, и не только Его сердце, но также Его руки и стопы. Я называю Его сердцем ту тайную любовь, которой Он принимает нас во Христе, а под Его руками и стопами я понимаю те Его дела, которые открываются перед нашими глазами. Как только мы удаляемся от Христа, нет ничего, будь это велико или незначительно само по себе, относительно чего мы не обязательно обманываемся. И, по сути, хотя Моисей начинает в книге Бытие с сотворения мира, тем не менее, он не ограничивается лишь этой темой. Потому что все должно быть связано вместе: то, что мир был создан Богом, и что человек, после того как он был пронизан светом разума и наделен столькими привилегиями, пал по своей собственной вине и потому был лишен всех приобретенных благ, и что после этого по Божьему состраданию он был возвращен к жизни, которую утратил прежде, и все это благодаря любви и доброте Христа, чтобы на земле всегда было некое собрание Его людей, которые, получивши от Него надежду на неземную жизнь, в этой уверенности могли прославлять Бога. Конец, к которому ведет весь ход истории, таков, что человеческий род был сохранен Богом таким образом, чтобы показать Его особую заботу о Своей Церкви. Ибо таков довод: после того как был сотворен мир, человек был помещен в него как в некий театр, чтобы, созерцая прекрасные дела Божьи над собой и под собой, он мог с почтением восхищаться их Автором. А во-вторых, что все творения были предназначены для использования человеком, чтобы он, испытывая глубокое чувство признательности, мог всецело посвятить и пожертвовать себя в послушание Богу. В-третьих, что он был наделен пониманием и разумом, чтобы, в отличие от грубых животных, он мог размышлять о лучшей жизни и даже мог повернуться прямо к Богу, чей образ запечатлен в его собственной личности. После этого произошло падение Адама, посредством чего он отдалил себя от Бога, и из-за этого он был лишен всякой праведности. Таким образом, Моисей представляет человека как лишенного всего доброго, ослепленного и имеющего искаженное понимание, развращенного в сердце, испорченного в каждом члене и приговоренного к вечной смерти; но он вскоре прибавляет историю своего собственного восстановления , где Иисус сияет в Своей искупительной славе С этого момента Моисей не только постоянно обращается к исключительному провидению Божьему в управлении и сохранении Церкви, но также поручает нам в истине поклоняться Богу, учит тому, в чем находится спасение человека, и убеждает нас, по примеру отцов, быть постоянными в несении креста. Посему кто хочет, чтобы чтение этой книги было плодотворным, тот пусть занимает свой разум этими важными темами. Но особенно важно, чтобы он увидел, что хотя падение Адама и разрушило и его самого, и его потомство, но, тем не менее, что основа нашего спасения и происхождения Церкви в том, что мы, будучи спасены из глубокой тьмы, обрели новую жизнь по совершенной благодати Божьей, что патриархи (согласно предложению, сделанному им в слове Божьем) по вере сделались соучастниками этой жизни; что само это Слово было основано на Христе; и что все благочестивые, которые жили с тех пор, поддерживались тем же самым обетованием спасения, которым Адам был впервые поднят со дна грехопадения.

Посему непрерывная преемственность Церкви основывается на том, что святые отцы, один за другим, по вере приняв предложенное обетование, были объединены в семью Божью, дабы они могли иметь общую жизнь во Христе. Мы должны обратить на это внимание, чтобы понять, каково общество истинной Церкви и каково исповедание веры среди детей Божьих. Поскольку Моисей был назначен учителем израильтян, нет сомнения, что в книге этой он в особенности обращался именно к ним, чтобы они могли осознать себя народом, который избран Богом, и чтобы они могли искать уверенности относительно этого усыновления в том Завете, который Господь утвердил вместе с их отцами, и могли познать, что нет другого Бога и другой истинной веры. Но его желанием также было свидетельствовать всем народам во все века, что кто бы ни желал поклоняться Богу в истине и быть мыслящим членом Церкви, не должен следовать никаким другим путем, кроме описанного здесь. Но так как знание о том, что есть только один истинный Бог, которому мы поклоняемся, является отправной точкой веры, то немаловажным подтверждением нашей веры есть то, что мы являемся собратьями Патриархам; потому что поскольку Христос был их залогом спасения еще до Своего появления, то мы держимся Бога, который прежде явил Себя им. Из этого мы можем вывести различие между чистым, законным поклонением Богу и всеми теми прелюбодейскими служениями, которые являлись нечестивой подделкой, созданной по обману Сатаны и развращенной дерзости людей. Далее, нужно рассматривать руководство Церковью, чтобы читатель мог прийти к заключению, что Бог был его постоянным Защитником и Правителем, но таким образом, чтобы, вести брань Христову. Здесь обозрению представляются поистине своеобразные конфликты Церкви, или, скорее, их ход представляется нашим глазами как в зеркале, в котором он побуждает нас, вместе с патриархами, упорно следовать к меже счастливого бессмертия. Давайте же прислушаемся к Моисею.


Данный материал предназначен исключительно для предварительного личного ознакомления посетителей этого сайта. Любое коммерческое и иное его использование запрещено.

Реформатский взгляд

Комментарии (1)

 

  1. Баннер «Кальвин в контакте» – это пять!)

Оставить комментарий

Confirm that you are not a bot - select a man with raised hand: