Жан Кальвин. Лекция Сто Двадцать Третья

13
Февраль
2009

ИЕРЕМИИ 31:31–32

31 Вот наступают дни, говорит Господь, когда Я заключу с домом Израиля и с домом Иуды новый завет, 32 не такой завет, какой Я заключил с отцами их в тот день, когда взял их за руку, чтобы вывести их из земли Египетской; тот завет Мой они нарушили, хотя Я оставался в союзе с ними, говорит Господь.

 

Иеремия продолжает ту же тему, что была им затронута в предыдущих стихах, но здесь показывает более четко, насколько милость Божья к Его народу будет превосходнее и щедрее, чем раньше. Бог не просто обещает восстановить утраченное Его народом величие и достоинство, но обещает нечто лучшее и более прекрасное. Это говорит о том, что в данном отрывке указывается на Царство Христа, ибо без Христа народ не мог бы надеяться на что-либо, превосходящее Закон, который был на тот момент самой совершенной доктриной. Без Христа остается только жить в послушании Закону. Таким образом, можно утверждать, что эти слова – предсказание о Царстве Христа; кроме того, этот отрывок цитируется и Апостолами как заслуживающий особого внимания (Римлянам 11:27; Евреям 8:8–12; Евреям 10:16).

Необходимо отметить специфический порядок и манеру изложения учения в этом отрывке. Пророк здесь подтверждает то, о чем я уже говорил ранее: описываемое им действительно было невероятным для Иудеев. Таким образом, сказав уже о преимуществах, даваемых Богом, которые едва можно постичь человеческими чувствами, он добавляет, чтобы предотвратить недостаток веры, что Господь проявит к ним милость Свою в новой и необычной форме. Теперь становится понятно, почему пророк добавляет этот отрывок к своему предыдущему учению. Если бы он не сказал о новом завете, то несчастные люди, в которых он хотел вселить надежду на спасение, никогда не перестали бы сомневаться; ведь большинство из них были исполнены отчаяния, и он ничего не смог бы сделать. Здесь же он представляет им новый завет, как бы говоря, что им уже не нужно будет искать чего-то большего, сравнивая Божье благословение, о котором он говорит, со своей текущей ситуацией, потому что Бог заключит с ними новый завет. Нет сомнения в том, что Иеремия указывает на благорасположение Бога, которое проявится позднее, когда придет полнота времени. Кроме того, мы не должны забывать, что с тех пор, как народ Божий возвратился в свою землю, вера принявших избавление подвергалась самым суровым испытаниям. Ведь для них гораздо легче было бы оставаться в изгнании, чем переживать жестокие нападки всех своих соседей и испытывать все связанные с этим трудности. То есть если бы речь шла только лишь об освобождении из вавилонского плена, это было бы не достаточно значительное событие; благочестивый народ Божий должен был направлять свои помыслы ко Христу. Поэтому пророки, учившие народ в период после пленения, говорили о необходимости надеяться на нечто большее, чем то, что уже было получено, и призывали не впадать в отчаяние, видя, что покой еще не обретен, и что народ втягивается в изнурительную борьбу, находясь под властью тиранов. Так, мы знаем, что говорил Аггей о будущем храме, и о чем повествовали Захария и Малахия. У Иеремии, когда он говорил о новом завете, была та же цель: чтобы верные, насладившись пребыванием в своей стране, не начали роптать на Бога, не получив обещанных благословений. Это является второй причиной, по которой пророк говорил о новом завете.

Как и раньше, здесь он повторяет слова о том, что настанет время и Бог заключит завет с Израилем и Иудой. Ибо, как мы знаем, когда десять колен были уведены в плен, Иудейское царство еще сохранялось. Более того, когда эти колена восстали против дома Давидова, они, по сути, стали другим народом. Но Бог не перестал относиться к ним как к Своему народу, хоть они и отошли от Церкви так далеко, насколько только могли. Бог обещает, что они вновь станут одним телом, ибо Он соберет их, чтобы они объединились и не были как два разных дома.

Что же касается нового завета, то он так называется не потому, что является противоположностью первого завета, – ведь Бог никогда не бывает непоследовательным и не изменяет Себе. Тот, Который однажды заключил завет со Своим избранным народом, не поменял Своей цели, как если бы Он забыл о Своей верности. Очевидно, что первый завет не мог быть нарушен; кроме того, Бог уже ранее заключил завет с Авраамом, и Закон стал подтверждением этого завета. Поскольку Закон зависел от завета, заключенного Богом с Его слугой Авраамом, то уже не мог быть заключен новый, то есть противоположный или другой, завет. Ибо откуда мы черпаем надежду на спасение, как не из благословенного семени, обещанного Аврааму? Более того, почему мы названы детьми Авраама – не на основании ли общей связывающей нас веры? Почему говорится, что верные будут на лоне Авраамовом? Почему Христос говорит, что многие придут с востока и запада и возлягут с Авраамом, Исааком и Иаковом в Царстве Небесном? (Луки 16:22; Матфея 8:11) Все это, несомненно, показывает в достаточной степени, что Бог никогда не заключал другого завета помимо того, который был заключен с Авраамом, а затем утвержден рукой Моисея. Этот вопрос можно было бы обсуждать и более подробно; но достаточно лишь вкратце показать, что Завет, заключенный Богом с самого начала, – неизменен и вечен.

Давайте теперь посмотрим, почему Иеремия обещает народу новый завет. Новый, несомненно, относится к тому, что мы называем формой; а форма связана не только со словами, но и, прежде всего, со Христом, благодатью Духа Святого, а также всеми внешними проявлениями учения. Но суть при этом остается неизменной. Под сутью я подразумеваю доктрину; ибо Бог в Евангелии провозглашает лишь то, что уже содержалось в Законе. Таким образом, мы видим, что Бог говорил об одном и том же от начала, что Он ничего, ни единого слога, не изменил в сути доктрины. Ведь Бог дал в Законе правило совершенной жизни, показал путь спасения и с помощью прообразов и символов вел народ ко Христу, так что прощение грехов и всё, что необходимо знать, ясно провозглашено в Законе.

Итак, если Бог ничего не прибавил к Закону по сути доктрины, то мы должны рассмотреть изменение формы. Христос еще не был явлен; Бог заключил новый завет, когда всё, на что указывал Закон, было исполнено в Его Сыне. Жертвоприношения сами по себе, как мы знаем, не могли умилостивить Бога, и учение Закона об искуплении само по себе не имело никакого значения, было бесполезным. Новый завет был заключен, когда Христос пришел водою и кровью и действительно исполнил то, на что Бог указывал через прообразы, дававшие возможность верным ощутить в какой-то степени вкус спасения. Но одного прихода Христа было бы недостаточно, если бы Бог не прибавил к нему возрождение посредством Духа Святого. Это, в каком-то смысле, и было новым – возрождение верных с помощью Духа Святого, чтобы доктрина была не только в букве, но и в силе, и достигала не только слуха, но и сердец, формируя истинных служителей Бога.

Внешняя форма учения также была новой; ибо если сравнить Закон и Евангелие, то мы увидим, что Бог сейчас открыто говорит к нам, как бы лицом к лицу, без покрывала, как учит Павел, когда говорит о том, что Моисей должен был одевать покрывало, обращаясь к народу от имени Бога (2-е Коринфянам 3:13). Сейчас, во времена Евангелия, говорит Павел, покрывало снято, и Бог в лице Иисуса Христа открывает Себя нам. Именно поэтому пророк Иеремия называет завет новым, о чём далее мы поговорим более подробно; пока же я затронул лишь основные моменты, необходимые для лучшего понимания контекста. Давайте продолжим подробное рассмотрение нашего отрывка.

Пророк говорит, что завет, который Бог заключит с народом, будет не таким, какой Он заключил с их отцами. Здесь Иеремия явно показывает отличие нового завета от Закона. Нам необходимо обратить особое внимание на это противопоставление; ведь никто из иудеев не мог себе представить, что Бог способен прибавить к Закону что-то еще более замечательное. Хоть они и игнорировали Закон, однако, как мы знаем, будучи лицемерами, они усердно делали вид, что преданы Закону настолько, что верят: скорее небеса и земля сойдутся, чем что-либо изменится в Законе. В то же время они яро придерживались всего, что Бог установил лишь на время. Именно поэтому пророку необходимо было противопоставить здесь Закон и новый завет. Иудеи должны были знать: милость, приготовленная для них, значительно превосходит ту, что была явлена их отцам. Потому пророк говорит: «Не такой завет…» И затем добавляет: «Который Я заключил с отцами их в тот день, когда взял их за руку…» Здесь он показывает, что у них не могло быть твердой надежды на спасение без заключения Богом нового завета. Они настолько были исполнены гордости, что вряд ли приняли бы милость Божью, не зная этой истины. Они продолжали бы говорить: «Разве Бог не показал, что является Отцом Своего народа, когда Он искупил его? Разве не было это свидетельством Его отцовской любви? Разве Он не превознес Церковь и не установил ее на века?» Они отвергли бы милость Божью, если бы пророк открыто не провозгласил, что Закон был и будет бесполезен для них, и что необходим новый завет, а иначе они погибнут.

Здесь мы видим цель Иеремии, и на это нужно обратить особое внимание. Ибо было бы недостаточно знать, что говорит пророк, не понимая при этом, для чего он это делает. Пророк хотел показать, что заключение Богом нового завета не должно никого удивлять, ведь первоначальный завет оказался бессильным. Бог заключил первый завет, когда протянул Своему древнему народу руку и стал их Освободителем, но они этот завет нарушили. Следует обратить внимание на время, когда это произошло. Воспоминание о недавнем благословении должно было с особой силой побуждать народ к послушанию. Насколько же огромной была их неблагодарность, если они отвергли завет после того, как были избавлены чудодейственной силой Бога? И если они даже в такое особое время нарушили завет с Богом, то можно с уверенностью сказать, что они проявляли нечестие и нарушали завет во всякое время.

Далее пророк пишет: «Хотя Я оставался в союзе с ними» («был их Господом», «господствовал над ними»). Некоторые ученые считают, что глагол בעלתי [ba-olti] несет значение супружеской власти. И это вполне вероятно, ведь Бог не только господствовал над Своим народом, но и был их Супругом (так говорят довольно часто, описывая отношения Бога с Его народом). Но я не знаю, насколько такой перевод точен в данном контексте, и поэтому предпочитаю придерживаться общепринятой идеи о том, что Бог господствовал над Своим народом, то есть, пользовался Своим неотъемлемым правом руководить и указывать им, как они должны жить. В то же время слово «завет» подразумевает уважение к народу. Ведь если царь приказывает что-либо своему народу, это называется «указом»; но Бог более милостив – Он снизошел к Своему народу и явился среди них, чтобы связать Себя с ними, а их с Собой. Бог господствовал над народом, потому что Он искупил их для Себя, но из-за их непослушания и упорства Он не пользовался этой властью во всей полноте.

Кроме того, нужно отметить, что вся вина за слабость и неэффективность Закона здесь возлагается на народ (так же учит и Павел в Римлянам 7:12). Как только речь заходит о слабости Закона, большинство из нас ищут проблему в самом Законе, таким образом уничижая его. Здесь же Иеремия говорит, что народ нарушил завет и сделал его неэффективным, как бы подчеркивая, что потребность в новом завете возникла не по вине Закона, которого всегда было абсолютно достаточно, а по вине непостоянства и неверности людей. Таким образом, мы не умаляем значения Закона, говоря о его слабости и неэффективности; эта слабость является лишь последствием отступления народа от веры. Еще многое можно сказать об этом, но, как я уже говорил, сейчас я лишь коротко комментирую слова пророка. Далее он пишет:

 
 

ИЕРЕМИЯ 31:33

Но вот завет, который Я заключу с домом Израилевым после тех дней, говорит Господь: вложу закон Мой во внутренность их и на сердцах их напишу его, и буду им Богом, а они будут Моим народом.

 

Здесь пророк показывает различие между Законом и Евангелием, ибо Евангелие несет с собой благодать возрождения; его доктрина, следовательно, не является просто «буквой», она проникает в сердце и преобразует человека изнутри, так что он становится послушен праведности Божьей. Но тогда возникает вопрос: «Неужели отцы, жившие под Законом, были лишены благодати возрождения?» Нет, это было бы абсурдно. Тогда что же имеется в виду, когда Бог здесь отрицает, что Закон был написан на сердцах до прихода Христа? На это я отвечу, что отцы, которые были ранее возрождены, получали эту благодать через Христа, то есть, можно сказать, она была им дана из другого источника. Сила проникать в сердца не присуща Закону; Закон получает ее от Евангелия.

Также мы знаем, что такая благодать Божья была редкой и малоизвестной во времена Закона. В эпоху же Евангелия дары Духа изливаются обильно, и Бог более щедро одаривает свою Церковь. Но для нас с вами главное – понять, что представляет собой Закон, и в чем состоят основные отличительные черты Евангелия, особенно если речь идет о противопоставлении Закона Евангелию. Когда этого противопоставления нет, всё, что сейчас будет сказано, не применимо к Закону. Именно при сравнении с Евангелием Закон называют «буквой», например в послании к Римлянам 7:6 или во 2-м послании к Коринфянам 3:6, где Павел пишет: «Буква убивает» и т. д. Под «буквой» Павел подразумевает не то, о чем необоснованно говорил Ориген, исказивший значение этого отрывка, как, впрочем, и большей части всего Писания. Павел имеет в виду не простое и очевидное значение Закона; он называет Закон «буквой», потому что Закон лишь демонстрирует, что является правильным. Слово «буква» связано с записью, как если бы Павел сказал: «Закон был записан на скрижалях, и поэтому Закон – это буква». А Евангелие — что оно собой представляет? Это Дух, то есть, Бог с его помощью доносит Свое слово не только до слуха и зрения людей, но и учит их изнутри, изменяя сердце и разум. Это и есть ответ на наш вопрос – Пророк говорит о Законе, который отделен от Евангелия и в таком случае является действительно мертвым и лишенным Духа возрождения.

Затем Иеремия продолжает: «Вложу закон Мой во внутренность их». Эти слова подтверждают то, о чем я уже писал, – что новизна, о которой говорится в этом отрывке, касается не сути, а только формы. Ведь Бог не говорит: «Я дам вам другой Закон». Он говорит: «Я напишу Закон Мой», то есть тот же Закон, который был дан отцам. Бог не обещает изменить суть доктрины, изменения касаются только формы. При этом пророк два раза повторяет одну и ту же мысль, когда говорит, что Бог вложит Закон во внутренность их и напишет его на сердцах их.

Действительно, мы знаем, насколько сложно достичь такого послушания, чтобы вся жизнь человека была в гармонии с Законом Божьим. Ведь все похоти нашей плоти – это многочисленные враги, которые, как говорит Павел, враждуют против Бога (Римлянам 8:7). И если все наши привязанности и похоти враждуют против Бога, то подчинение Его господству – это для нас своего рода преобразование мира. Мы знаем, что говорит Писание: мы не можем быть учениками Христа, если не отречемся от самих себя и от мира, если не отвергнемся себя (Матфея 6:24; Луки 14:26, 27). Именно поэтому пророк не довольствовался одной фразой, а написал: «Вложу закон Мой во внутренность их и на сердцах их напишу его».

Кроме того, этот отрывок показывает, насколько неразумна самонадеянность папистов в отношении свободы воли. Конечно, они согласны с тем, что без Божьей благодати человек не может исполнить Закон, и таким образом они признают необходимость благодати и помощи Духа Святого. Но при этом они не только говорят о содействии свободной воли, но и приписывают ей основную роль. Пророк же свидетельствует, что только Бог может написать Закон на наших сердцах. Если Бог провозглашает, что это сугубо Его работа, и говорит, что вся слава за нее принадлежит Ему, насколько надменным должен быть человек, чтобы приписывать себе эту заслугу?! Написать Закон на сердце – значит так изменить сердце человека, что в нем будет господствовать Закон, и ни одно чувство не будет расходиться с его доктриной. Отсюда мы видим, что никто своими силами не может измениться настолько, чтобы полностью подчиниться Закону. Это возможно только благодаря возрождающей работе Духа Божьего. Человек не склонен поступать праведно, пока Бог, по благодати Своей, не подготовит его сердце к этому. Другими словами, доктрина буквы мертва до тех пор, пока Бог не оживит ее Своим Духом.

Далее пророк пишет: «И буду им Богом, а они будут Моим народом». Здесь Бог демонстрирует суть Своего завета; ибо в чем же цель Закона, если не в том, чтобы народ призывал Его имя, а Он заботился о них? Если Бог обещает быть нашим Богом, Он тем самым предлагает нам Свою отцовскую опеку и провозглашает, что теперь Он Сам позаботится о нашем спасении; мы получаем свободный доступ к Нему и Он призывает нас довериться Его благодати. Коротко говоря, это обещание содержит в себе всё необходимое для нашего спасения. И в нашу эпоху Евангелия ситуация такая же: мы сами по себе не принадлежим к Царству Небесному, и поэтому Бог примиряет нас с Собой посредством Евангелия, свидетельствуя, что Он будет нашим Богом. Следующая фраза полностью закономерна: «А они будут Моим народом»; ведь одно невозможно без другого. Этими словами пророк Иеремия подчеркивает главную цель Божьего завета – Бог должен стать нашим Отцом, и только от Него мы можем ожидать спасения, а мы должны стать Его народом. Обо всем этом еще много можно было бы сказать, но я уже объяснял, почему сейчас так кратко говорю о вещах, заслуживающих более подробного рассмотрения. Далее пророк пишет:

 
 

ИЕРЕМИЯ 31:34

И уже не будут учить друг друга, брат брата, и говорить: «познайте Господа», ибо все сами будут знать Меня, от малого до большого, говорит Господь, потому что Я прощу беззакония их и грехов их уже не воспомяну более.

 
 

Но на этом должна закончиться наша сегодняшняя лекция, так как уже бьют часы.

 
 

МОЛИТВА

Всемогущий Бог, Ты даровал нам столь изумительное благословение, заключив завет через Твоего Сына и утвердив его для нашего спасения! Даруй нам быть его участниками и видеть, что Ты не только обращаешься к нам через Слово Свое, в котором показываешь, что является правильным, но и действуешь в наших сердцах Духом Святым, делая нас способными к обучению и послушанию, чтобы мы знали: Ты действительно усыновил нас и будешь вести нас до тех пор, пока мы, наконец, полностью не воссоединимся с Тобой через Иисуса Христа, Господа нашего. Аминь.


Данный материал предназначен исключительно для предварительного личного ознакомления посетителей этого сайта. Любое коммерческое и иное его использование запрещено.

Реформатский взгляд

Оставить комментарий

Confirm that you are not a bot - select a man with raised hand: